В музейно-выставочном центре монастыря на Ганиной яме состоялась презентация книги Н.А. Соколова о цареубийстве

 

В музейно-выставочном центре монастыря на Ганиной яме состоялась презентация книги, являющейся современным переводом с французского языка прижизненного издания Н.А. Соколова о цареубийстве.

Эта долгожданная книга появилась благодаря екатеринбургскому издательству «Державное наследие».

Переводчик книги Сергей Юрьевич Нечаев не смог приехать на презентацию, но передал ее участникам пожелания, чтобы все, «что еще сегодня неизвестно нам о Соколове, по возможности стало открытым, чтобы у наших сограждан появились новые возможности обратиться к его открытиям».

Свое видеообращение к участникам презентации передал также известный российский режиссер-документалист С.В. Мирошниченко, который занимается темой Царской семьи еще с тех времен, когда о канонизации Страстотерпцев не было никакой речи:

–У каждого человека есть свое понятие Родины – места, где он родился, где находится могила его матери. Но у меня в понятие Родины входит и то место, где сейчас находится монастырь на Ганиной яме, и то место, где состоялась казнь императорской семьи – все это части моей родины, которую я очень люблю. Я приходил на эти места, когда там еще ничего не было, думал, смотрел. То, что произошло с Россией, мне во многом открылось благодаря книге Соколова. Вроде бы простая книга следователя об убийстве, но она оказалась настолько наполнена вторыми и третьими смыслами, так расширяла сознание, что захотелось разобраться самостоятельно: насколько она честна, насколько то, что в ней написано – правда. Мне довелось побывать на месте захоронения ее автора – Николая Соколова. По кладбищу нас водил мэр города Сальбри. Мэр – роялист, он поддерживал восстановление монархии во Франции, и история русской монархии его тоже интересовала, поэтому он нам очень помогал, показывал, где лежит Соколов. Именно он подсказал нам, где живет мадам Соколова – дочь следователя. Мэр с ней дружил, читал саму книгу следователя.

Мне вообще было удивительно, насколько много людей и какие люди читали эту книгу: Генри Форд, Черчилль. Многие из них интересовались тем, что у вас произошло там, на Ганиной яме.

Помню, я приехал к мадам Соколовой – этой удивительно мудрой, взвешенной женщине. Именно она подсказала мне, где можно узнать о частицах останков Царской семьи, вывезенных с Ганиной ямы. Мы без виз пересекли границу Франции и, оказавшись в Бельгии, попали в храм Иова Многострадального, где вмурованы частицы мощей Царственных страстотерпцев. Нам в тот период съемок многие помогали, в том числе и в Бельгии, и во Франции, и в Англии. К примеру, во время съемок на аукционе «Сотбис». Листы документальных свидетельств расследования из Ипатьевского дома, я тогда держал в своих руках. Казалось, что можно, наверное, прямо сейчас выйти с этими бесценными листами.

Сама судьба направила меня на Царскую тему. Она сейчас для меня имеет жизне-решающее значение. Увы, мы порой с уважением относимся к тиранам, которые казнили миллионы наших соотечественников. Но без уважения, без понимания – к тем, кто строил нормальное государство, кто развивал экономику, кто канонизировал наших святых, был хорошим семьянином. А мы должны молиться о том, чтобы научиться яснее видеть правду, молиться о тех людях, которые дают нам возможность нормально жить.

Я завидую всем, кто находится у Ганиной ямы, в монастыре, в храме Царственных страстотерпцев. Молитесь. Я тоже хочу вновь приехать в Екатеринбург помолиться на Ганиной яме.

Сергей Валентинович в своих фильмах снимал редкие кадры, связанные с расследованием Соколова. Например, кадры распродажи документов, которые получил от вдовы Николая Алексеевича князь Орлов, редактор первого русского издания книги «Убийство Царской семьи».

Князь Орлов, как известно, был женат на одной из родственниц императора Николая II. В семье князя по-разному относились к Романовым. В свое время Орлов был отлучен от дворца за распространение лживых слухов об императрице, о Распутине. Он настолько не мог спокойно относиться к Александре Федоровне, что пил валерьянку в ее присутствии, но и при этом постоянно делал гнусные выпады в ее сторону. Поэтому отношение к Орлову у многих было неоднозначное.

Книга, которая была издана под другой редактурой, для русских читателей сразу стала интересна.

О ней, о сравнении двух русских текстов рассказал собравшимся Михаил Игоревич Вебер, редактор перевода, составитель биографии Н.А. Соколова, к.и.н, научный сотрудник института истории и археологии УРО РАН:

– Сравнение текста этих двух книг показывает, что между ними есть некоторые отличия. Безусловно, это одна книга, но в разных редакциях. Разница видна уже в названии. На русском языке в 1925 г. она именовалась «Убийство Царской семьи», на французском это звучит как «Расследование убийства Российской императорской семьи», то есть акцент сделан на работе следствия. Отличается несколько и количество глав. В новом переводе – 25 глав, в первом русском издании – 26, но это из-за того, что одна из глав была разбита на 2 части. Имеется много незначительных различий в тексте, это, по-видимому, работа редакторов перевода. Я бы не стал противопоставлять эти книги, скорее, они дополняют друг друга. Поскольку мы в церковной аудитории, думаю, будет уместно следующее сравнение: есть Евангелие от Матфея, а есть – от Луки, они рассказывают об одном и том же, но по-разному. И мы не можем сказать, что они перечеркивают друг друга. Нет, дополняют, позволяя нам глубже узнать об Евангельских событиях. Так и нам разные издания книги Соколова позволяют глубже узнать о ходе мысли автора, помогают понять, как он пришел к своим выводам.

Русский перевод, на мой взгляд, является прекрасным стимулом для современных исследователей к поиску рукописей Соколова. Если они будут найдены, тогда – к научному осмыслению самого хода следствия. Тот, кто когда-нибудь писал книги, понимает, что написание является мучительным ходом мысли, всегда что-то добавляется, что-то отсеивается. Я допускаю такую возможность, что какие-то фрагменты текста могли не попасть ни во французское издание, ни в первое – русское. Но для нас публикация таких фрагментов сегодня представляла бы особый интерес. Однако это дело будущего.

Я написал небольшое предисловие к вышедшему изданию, в котором попытался сделать акцент на малоизвестных фактах из жизни Соколова. Например, часто пишут, что Соколов из Пензы пробирался в Сибирь, переодевшись крестьянином. Это не совсем корректно. Под видом крестьянина он перешел линию фронта из Пензы в Сызрань. Из Самары в Сибирь он уже ехал на поезде, так как это была территория, контролируемая белыми.

У Соколова была возможность уехать из Пензы еще в 1918 г., когда город на недолгое время занимали бойцы Чехословацкого корпуса. Но он тогда решил не уезжать с ними, а остаться, чтобы вести подпольную борьбу с большевиками. Бежал он лишь тогда, когда по всему Поволжью начались акции красного террора, когда начали арестовывать всех, кто занимал какие-либо должности при царской власти.

В Сибири Соколов получил распределение сначала в Иркутский окружной суд, через несколько месяцев – в Омский окружной суд, и только после этого получил назначение на должность следователя по делу убийства Царской семьи. Он блестяще выполнил свою работу, несмотря на то, что она шла в тяжелейших условиях военного времени.

В предисловии к книге я также поправил ошибку, кочующую из издания в издание, посвященных Соколову. Ранее говорилось о жене Соколова Барбаре. Предполагалось, что это француженка. Однако, как выяснилось, это Варвара Владимировна Ромодановская, потомственная русская дворянка, с которой Соколов познакомился в Екатеринбурге и которую часто привлекал, как это следует из материалов следствия, в качестве понятой. Надеюсь, что сейчас эта ошибка перестанет тиражироваться.

Работа над предисловием книги Соколова, над изучением биографии следователя привела М.И. Вебера к тому, что издательство «Державное наследие» решило выпустить биографический очерк о Николае Алексеевиче Соколове, он полностью подготовлен к печати.

Книгу «Расследование убийства Российской императорской семьи» можно приобрести в иконной лавке монастыря на Ганиной яме. Вскоре здесь же появится и очерк М.И. Вебера «Документальные свидетельства о жизни и деятельности Судебного следователя Н.А. Соколова».

Презентация вызвала немало вопросов у присутствоваших. Людей интересовали подробности биографии следователя, нюансы отличий текстов. Так как среди слушателей были представители архивных учреждений Пермского края, то их волновали нюансы расследования Соколова в Перми. Разговор специалистов получился настолько интересным, что продолжился за монастырской трапезой, где были обсуждены совместные действия музея монастыря и архивистов по организации предстоящей июньской выставки, посвященной годовщине со дня рождения следователя Соколова.