Проповедь

Память прп. Амвросия Оптинского. Проповедь наместника

  • ДНИ ПАМЯТИ СВЯТЫХ
  • Прп. Амвросий Оптинский
Сегодня наша Церковь празднует память обретения мощей преподобного Амвросия Оптинского. Оптина пустынь в 19 веке дала нашей Церкви много преподобных – отцов, угодивших Богу несением монашеских подвигов, но нам гораздо привычнее называть их всех одним словом – старцами. И из всех оптинских старцев преподобный Амвросий является самым известным, но – одним из целой череды. «Из полы в полу», от сердца к сердцу передавалось и хранилось Богом старчество в Оптиной. Как свеча от свечи загорались старцы друг от друга. Невозможно увидеть настоящего старца без преемственности духовного опыта.

Александр Гренков, будущий отец Амвросий, родился в духовной семье, учился в духовном училище и в духовной семинарии. Однако не пошел ни в Духовную академию, ни в священники. Некоторое время был домашним учителем и преподавателем Липецкого духовного училища. Обладая живым и веселым характером, добротою и остроумием, Александр Михайлович был очень любим своими товарищами и сослуживцами. В последнем классе семинарии ему пришлось перенести опасную болезнь, и он дал обет постричься в монахи, если выздоровеет. По выздоровлении он не забыл своего обета, но несколько лет откладывал его исполнение, однако совесть не давала ему покоя. Изнемогая от своей нерешимости, Александр Михайлович отправился за советом к проживавшему в той местности известному подвижнику Илариону. «Иди в Оптину, – сказал ему старец, – и будешь опытен». Гренков послушался. Осенью 1839 года он прибыл в Оптину Пустынь, где был ласково принят старцем Львом. Вскоре он принял постриг и был наречен Амвросием, в память святителя Медиоланского, затем был рукоположен в иеродьякона и позднее – во иеромонаха. Когда отец Макарий начал свое дело издательства, о. Амвросий, окончивший семинарию и знакомый с древними и новыми языками (он знал пять языков), был одним из его ближайших помощников. Скоро после своего рукоположения он заболел. Болезнь была настолько тяжела и продолжительна, что навсегда подорвала здоровье отца Амвросия и почти приковала его к постели. Вследствие своего болезненного состояния он до самой своей кончины не мог совершать литургии и участвовать в длинных монастырских богослужениях. Скоро он стал приобретать славу опытного наставника и руководителя в делах не только духовной, но и практической жизни. Он обладал необыкновенно живым, острым, наблюдательным и проницательным умом, просветленным и углубленным постоянною сосредоточенною молитвою, вниманием к себе и знанием подвижнической литературы. По благодати Божией его проницательность переходила в прозорливость. Он глубоко проникал в душу своего собеседника и читал в ней, как в раскрытой книге, не нуждаясь в его признаниях. О. Амвросий, несмотря на свою постоянную болезнь и хилость, соединял неиссякаемую жизнерадостность и умел давать свои наставления в такой простой и шутливой форме, что они легко и навсегда запоминались каждым слушающим. Когда это было необходимо, он умел быть взыскательным, строгим и требовательным, применяя «наставление» палкой или же накладывая на наказуемого епитимью.

Оптинские старцы учили народ дышать воздухом молитвы. Учили покаянию, вере, познанию воли Божией. Старцы боролись и борятся за человеческую душу. И жизнь наша духовная складывается не из каких-то неимоверных, тяжелейших, абстрактных подвигов. Она часто складывается из простого маленького человеческого участия, из тихой сокровенной сердечной молитвы друг за друга. Она складывается из сострадания, терпения, уважения к человеку. А проще сказать — она складывается из любви!

«Жить — не тужить.

Никого не осуждать,

Никому не досаждать,

И всем — мое почтение!»

Кто не знает этих крылатых слов преп. Амвросия Оптинского? Простые слова, но какая в них глубина и важность!

И эта любовь ко всем встречающимся в жизни людям характерна для всех старцев, даже древних. Можно вспомнить преподобного Макария Великого, который идя в Нитрийскую гору в сопровождении ученика своего, повелел этому ученику идти несколько впереди себя. Ученик, уйдя вперед, повстречался с языческим жрецом, который куда-то очень спешил, неся большой обрубок дерева. Ученик крикнул ему: «Куда бежишь, демон?». Жрец, рассердившись, побил его жестко, оставив едва дышащим, и снова поспешно продолжал свой путь. Пройдя немного, он встретился с Макарием, который приветствовал его так: «Здравствуй, трудолюбец, здравствуй!» Жрец, удивившись, отвечал: «Что нашел ты во мне доброго, чтобы приветствовать меня?» Старец сказал: «Я приветствовал тебя, потому что увидел тебя трудящимся и заботливо спешащим куда-то». Жрец отвечал на это: «От приветствия твоего я пришел в умиление и понял, что ты великий служитель Бога. Напротив, другой, окаянный монах, повстречавшись со мною, обругал меня; за то я побил его». С этими словами он пал к ногам Макария, обнял их и воскликнул: «Не оставлю тебя, доколе не сделаешь меня монахом».

Таким образом, именно любовь к человеку была той основой, на которой и древние и недавние подвижники основывали духовную жизнь, полностью следуя в этом Евангелию и заповедям Спасителя. Эта любовь не знала границ, не взирала на лица и жизненные обстоятельства, но всегда вела к одной цели – духовному совершенствованию того, на кого она была направлена. А пути к этой цели могли быть и разные, но самым действенным был путь покаяния, стремления личного совершенствования в духовной жизни, личного подвига. Никогда ни один старец не указывал как на проблему на пути к Царствию Божиему внешние атрибуты, независящие от духовной жизни самого человека, не призывали к жестокости или силовому решению конфликтов интересов. Их опыт крайне необходим сегодня и нам – опыт действенной любви, чистой молитвы, искреннего покаяния, опыт жизни по Евангелию и жизни во Христе, который мы можем перенимать из их житий и их поучений. Аминь.

09.07.2020